16 Фев 2010

Золотоискатели

В преддверии Олимпиады в Ванкувере, где от наших хоккеистов ждут только золота, в издательстве ОЛМА вышла книга известного журналиста Игоря Рабинера "Хоккейное безумие: от Нагано до Ванкувера". Особое место в ней занимает интервью с главным тренером сборной России Вячеславом Быковым, выдержки из которого мы публикуем на сайте:

 

- На кого давление больше - на канадцев, которые играют дома, или на нас, победивших на двух чемпионатах мира и имеющих самых ярких звезд НХЛ?

- В наименьшей степени сейчас давление, мне кажется, только на финнов. Американцы стремятся доказать всем, что про них зря так мало говорят по сравнению с канадцами и что они могут утереть нос соседям. Велико давление на канадцев, поскольку они играют дома и уступили в двух последних финалах чемпионатов мира. И на шведов, потому что они действующие олимпийские чемпионы, и требовать от них будут того же. И на чехов, чья победа в Нагано еще не стерлась у людей из памяти. С нас тоже свой спрос. Разве что финнам в этом смысле поспокойнее. Но все зависит не от самого давления, а от того, как ты способен это давление переваривать.

- Насколько хорошо вы знаете НХЛ и наших будущих соперников?

- Не скажу, что хорошо. Но мы знаем своих ребят.

- Это важнее?

- Важнее.

- Второе место посчитаете неудачей?

- Безусловно. Любой, кто едет на Олимпийские игры, старается завоевать золото. И если приедет без него, не будет удовлетворен.

- Можно ли говорить, что сейчас идеальное время для того, чтобы мы выиграли Олимпиаду? Россыпь талантов, все в самом соку, два титула чемпионов мира...

- Это я вам скажу 28 февраля вечером (улыбается).

- Есть ли какой-то вариант выступления, при котором вы после Олимпиады подадите в отставку?

- Нет, я об этом не думаю. Тут можно привести вот какую параллель. Ты купил билет на поезд в Сочи или Ялту. Сидишь, едешь в отпуск и ломаешь голову: какая же там будет погода? Какой смысл? Ты уже туда едешь, у тебя нет другого выхода. В любом случае надо стремиться к лучшему. А думать об отставке - это значит заранее настраивать себя на негатив.

НЕ ХОТЕЛ БЫТЬ ПОСЛЕДНИМ КАПИТАНОМ-ПОБЕДИТЕЛЕМ

- Когда вы в 1993 году поднимали над головой кубок, вручаемый чемпионам мира, при взгляде на главного тренера Бориса Михайлова не пришла в голову мысль: "Может, когда-нибудь и я буду на его месте"?

- Нет, абсолютно. Тогда я о таких вещах не задумывался - даже несмотря на то, что к тому моменту уже три года играл за границей. Мысли о том, кем я буду после хоккея, появились году в 95-м, когда мне было 35 лет. А на тот момент была просто эйфория, присущая всем без исключения игрокам в миг, когда они что-то выигрывают. Не более того.

- Знаковый момент: вы были последним капитаном нашей сборной - победительницы чемпионата мира перед 15-летним безвыигрышным перерывом. И именно вы стали тренером, который эту серию прервал. Можно сказать, передали эстафетную палочку самому себе.

- Мне как раз все эти годы было грустно ощущать себя последним капитаном-победителем. Не хотелось быть последним. И когда в Квебеке я им быть перестал и уступил очередь Алексею Морозову, для меня это было какое-то освобождение. Я все ждал, ждал - и, наконец, дождался. Многие, наверное, могут расценить это иначе: "После меня никого не было!"

Я испытывал совершенно другие чувства. После того как закончил играть в сборной, регулярно приезжал на чемпионаты мира и болел за нашу сборную - будь то в качестве зрителя или представителя ИИХФ. И ехал всегда с надеждой.

- После мирового первенства-93 в Германии вас в сборную больше не вызывали или вы сами решили завершить выступления в ней?

- Нет, я еще был в 95-м в Швеции, когда мы уступили чехам в четвертьфинале. Было очень обидно, поскольку играли здорово, и ничто не предвещало беды. Однако на то он и спорт, что в нем нельзя что-то предсказать заранее. Лично у меня было много моментов, но забить так и не сумел. Не шло - и все. Как сейчас помню: предыдущие матчи мы провели в другом дворце, а тут нам даже не предоставили возможности потренироваться. Другой воздух, разная температура... Задыхались, но жилы рвали. Как, думаю, и многие из тех наших команд, которым не удавалось взять медали. Чего-то не хватило.

- В общем, не выходит красивой легенды, что вы ушли победителем… Глядя из Швейцарии на то, что сборная из года в год ничего не может выиграть, вы представляли себе, что с ней происходит?

- В какой-то степени, но отдаленно. Чтобы иметь ясную картину, нужно было видеть все проблемы изнутри. Но общее представление было. Отъезд за рубеж лучших игроков, невозможность наигрывать сочетания в течение сезона - все это, конечно, сказывалось. А молодежи, которая приходила в сборную, не у кого было перенять победные традиции. Это кажется мне одной из причин многолетнего неуспеха. Ну и, конечно же, чехарда с тренерским составом тоже не способствовала достижениям. Смены тренеров были слишком частыми.

ПО ТРЕНИРОВКАМ ТИХОНОВА КОНСПЕКТОВ НЕ ВЕЛ

- Когда вы принимали сборную, будучи тренером со всего лишь двухлетним стажем работы в ЦСКА, отдавали себе отчет, что ставите на карту всю свою карьеру? Сборная многих людей сжигает.

- Даже не думал об этом. И сейчас не думаю. Мне просто хотелось попробовать себя в этой роли. Я верил и сейчас верю в ребят, потому что они талантливы, и для меня они были и остаются лучшими в мире. Возможность сделать что-то совместное и добиться результата была слишком интересной, чтобы я от нее отказался.

Даже когда я пришел в ЦСКА, для меня самым важным было понять, что это мое. Что это меня затягивает, увлекает, что я получаю от этого положительные эмоции и удовольствие. Такое же, как во времена игры в хоккей, когда я был счастлив. Так и потом. Попробовать себя в роли тренера - сначала детского, потом молодежного, наконец, "взрослого" - стимулировал интерес: а понравится ли мне это? Мое ли это? Или надо искать что-то другое?

Всякий раз я постепенно входил во вкус и начинал получать удовольствие. Особенно меня всегда привлекали взаимоотношения с людьми. Контакт.

Когда я получил предложение возглавить сборную, все взвесил. Обсуждал эту тему с семьей. Что естественно, потому что работа в национальной команде требовала много времени. Также с помощником Игорем Захаркиным. И в конце концов все вопросы, справлюсь или нет, были подавлены ощущением потенциала сборной. Он перевесил.

А мысли, что эта работа может оказаться бомбой, которая взорвет меня самого... Возьмем работу в ЦСКА. Тоже ведь можно было к этому так подойти - ничего себе, куда забрался! Кто мог подумать: какой-то пацан, гонял шайбу и вдруг стал тренером легендарного клуба. От этого тоже может дух перехватить. Если, конечно, заниматься самокопанием и самосжиганием. И со сборной то же самое. Мне кажется, надо меньше обо всем этом думать. А просто делать свое дело.

- Жена сказала: "Бери сборную"?

- Она как-то с энтузиазмом все восприняла. Сразу сказала: "Это какое-то предзнаменование!" У нее возникли параллели - как раз с тем, что я был последним капитаном, с которым сборная выигрывала. Хотя как раз для нее это было тяжело. Потому что означало, что видеться мы будем меньше. Впрочем, тогда еще трудно было до конца представить, что это такое. Неизвестность всегда немножко пугает, но жена была настроена оптимистично.

- В одном из интервью вы сказали, что вместе с Захаркиным тщательно проанализировали, стоит ли брать сборную. В чем этот анализ заключался?

- Во-первых, потенциал команды. Во-вторых, наши собственные возможности, знания и желания. Энергетика, в конце концов.

- Хватит ли сил, думали?

- Нет, с этим все однозначно было. Не старики, молодые ребята, в расцвете сил. Желание работать, энтузиазм - огромные.

- Когда были игроком, запоминали упражнения того же Тихонова, вели ли конспекты?

- Нет, конспектов не вел никогда.

- Но потом что-то вспомнилось, когда сами начали работать?

- В моей жизни было много тренеров. И больше всплыло то, чего делать не нужно.

- И чего?

- Об этом говорить не буду. Скажу только, что я этого и не делаю.

- Во времена СССР считалось, что игрок, которому за 30 - уже ветеран. А сейчас Федоров в 40 - один из первейших кандидатов на поездку в Ванкувер. И Зубов на то же претендует...

- Это нормально. В прежнее время многие ушли раньше времени. Михайлов с Петровым, к примеру. А уже из нашего поколения многие доиграли до сорока, причем спокойно. Это во многом зависит от твоего образа жизни, профессионализма. Так что никакого удивления спортивное долголетие названных вами людей у меня не вызывает.

Полностью интервью с Быковым вы можете прочитать в новой книге Игоря Рабинера «Хоккейное безумие: от Нагано до Ванкувера».