19 Июл 2012

В "Новой газете" вышла заметка о новой книге Даниила Гранина

Мы продолжаем публиковать рецензии на новую книгу Даниила Гранина "Заговор". Сборник мемуаров пользуется интересом у СМИ, на этот раз о книге написала "Новая Газета". 

На этих страницах разрозненные воспоминания, наблюдения и размышления, интересные цитаты и исторические факты – сохраненные кусочки реальности, которые как-то незаметно, сами собой сложились в яркую картину жизни автора, родившегося в 1918 году, и почти вековой эпохи, начало которой уже почти не имеет живых свидетелей.

Даниил Гранин пишет со знанием дела: «Малый мир» сохраняется лишь в памяти и исчезает вместе со своим поколением почти начисто. От прошлого остается архитектура, романсы, мебель. Кое-что перемещается в антикварные магазины. Остальное можно найти лишь в фотографиях».

Впрочем, прошлое благодаря талантливому прозаику остается еще и в книге, и появляется возможность осмысления его другим поколением.

Гранин рассказывает о мифах и реальности. Потому что советское время, как и предшествующее и последующее, создавало свою мифологию. Иногда она была художественной: «Сцена в фильме Эйзенштейна – «штурм Зимнего дворца». Никакого штурма не было. Но был замечательный кадр – ворота Зимнего, и на них лезут матросы, врываясь во дворец. Так красиво, что никакие опровержения не помогут». Чаще реальность перелицовывалась цензурой по иным причинам. Гранин вспоминает, что когда они с Адамовичем в «Блокадной книге» написали цифру погибших в блокадном Ленинграде около миллиона человек, то цензура потребовала дать цифру, прозвучавшую на Нюрнбергском процессе, – 650 тыс. «Когда война кончилась, они стали секретить потери, накладывали румяна. Победа должна выглядеть счастливой».

Но и всемогущая цензура («У себя в Питере я не мог узнать, где она, цензура, находится, ее адрес, все скрывалось, действовало анонимное существо, некая неземная инстанция, недоступная жалобам».) растаяла как призрак, оставив «покалеченные книги, статьи, изуродованные романы, стихи». Время заговоров, единственный способ смены одного правителя страны другим, все же не вечно. «История, – замечает Гранин, – зависит не столько от идеологии, не столько от религии, как от развития науки и техники. Остановить это развитие невозможно». Вот почему, несмотря на все тяготы и неустройства прошедшей жизни («Оказывается, в рай попасть можно только через гроб», – обнаружил мой внук».), Даниил Гранин убежден, что жизнь стоит того, чтобы, прожив ее, сказать спасибо. За все, что было, за все, что испытал, видел, успел».